Печать
Категория: Вера Королёва
Просмотров: 2138

17.01. 2012

Интервью историка Казахстанской Митрополии Королевой Веры Викторовны в день памяти священномучеников Николо-Кучугурских

Вера Викторовна! Сегодня Православная Церковь отмечает память священномучеников Николо-Кучугурских, протоиереев Александра (Скальского), Стефана (Пономарува) и Филиппа (Григорьева). Расскажите, пожалуйста, об этих святых.

- Служение священномучеников, протоиереев Александра, Стефана и Филиппа связано со Свято-Никольским собором города Алма-Аты, который в начале прошлого века назывался церковью Святителя Николая, что на Кучугурах.

 

(В переводе с казахского «кучугуры» – каменистая местность). В 1920-е и начале 30-х годов, когда Русскую Православную Церковь сотрясал обновленческий раскол, и духовенство многих храмов Семиречья (в том числе Вознесенского Кафедрального собора Алма-Аты) перешло на сторону живоцерковников, священники Никольской церкви сохраняли в чистоте Православную веру. А в 1930-е годы, когда по всей стране продолжался процесс массового закрытия храмов, Никольский храм оставался единственным в Алма-Ате оплотом Православия.

Как известно, в годы гонений Казахстан стал местом ссылки сотен тысяч православных христиан. Это коснулось каким-то образом служителей Никольской церкви?

- Да, Николо-Кучугурские священномученики, протоиереи Александр, Стефан и Филипп принимали непосредственное участие в судьбе многих христиан, сосланных в Казахстан. В то время большими этапами их направляли в Алма-Ату, где находился пересыльный пункт ГПУ. Алма-Ату в то время так и называли «городом ссыльных». Не имея, где главу преклонить, ссыльные приходили в Никольскую церковь. Отец Александр был настоятелем этого храма, и вместе со своими собратьями принимал под сводами церкви безвинных страдальцев, оказывая им посильную помощь. В Никольский храм приходили те, кому суждено было принять мученическую смерть за веру. И принимали их те, кто вскоре тоже был умерщвлен за Христа.

Но ведь это были годы, когда не хватало продовольствия, и страх быть арестованным был присущ, наверное, каждому?

- То и удивительно, что испытывая крайнюю материальную скудность, пастыри Никольского храма отдавали последнее, что имели. Городские обыватели боялись принимать ссыльных, а священники Кучугурской церкви делали это безбоязненно. Они творили подлинное дело Божие и воплощали в жизни важнейшую христианскую заповедь о любви к Богу и ближнему. Терпя великие скорби, они сохраняли в сердце мир Христов и были светильниками веры для соприкасавшихся с ними людей.
Никольский собор в то время был подобен Ноеву ковчегу, стены которого отражали волны безумной злобы гонителей и раскольников, и где находил спасение от враждебного мира остаток верных. Он был и домом милосердия, в котором могли накормить, напоить, одеть и дать телесное отдохновение страждущим епископам, клирикам и мирянам, страдавшим в годы репрессий.
Когда царствовал культ убийства, грабежа и богохульства, бдительное око богоборческой власти пристально следило за всеми, кто не исповедовал эту идеологию. И, несомненно, что священники Никольского храма подвергали опасности свою жизнь, оказывая гостеприимство и милость «врагам народа».

Наверное, именно поэтому они и были арестованы?

- Да, это произошло 10 декабря 1932 года. Протоиереев Никольской церкви арестовали вместе с управляющим в то время Алма-Атинской епархией епископом Германом (Вейнбергом, он погиб в 1942 году в Карлаге) и архимандритом Феогеном (Козыревым, который скончался в одном из лагерей Коми АССР в 1939 году и ныне тоже прославлен в лике святых).
А протоиереев Александра, Стефана и Филиппа, после длительных допросов в ГПУ, когда следователи поняли, что священники не идут на сделку с совестью, просто умертвили. Но каким образом? Верующий народ испытывал к пастырям Никольского храма глубокую любовь и доверие. Они имели в Алма-Ате огромный авторитет. Чтобы не вызвать недовольство народа советской властью, священников сначала сильно простудили, провезя по морозу в открытом грузовике, а затем в тюрьме заразили сыпным тифом, от которого они и скончались в тифозных бараках. Протоиерей Филипп – 17 января, протоиерей Стефан – 18 января и протоиерей Александр – 20 января 1933 года.

Но неужели они не могли сохранить свою жизнь? Ведь, оставшись в живых, эти священники, может быть, принесли бы большую пользу Церкви?

- Конечно, у каждого священномученика была возможность сохранить жизнь: отречься от Христа, или втайне согласиться на условия ГПУшников. Но они на это не пошли. Они предпочли смерть. Ведь смерть мучеников за Церковь есть не поражение, а победа над насилием. Сила святости – это и есть та сила, которую Церковь могла противопоставить неистовому безумству безбожников.

Но, как Вы думаете, откуда у этих мучеников было столько мужества? Неужели их не терзали сомнения в правильности их выбора?

- Наверное, сомнения были. Ведь даже Спаситель перед Крестными страданиями в Гефсиманском саду взывал: «Отче Мой! если возможно, да минует Меня чаша сия!» Но любовь, побеждающая смерть и страх, помогла последователям Христа пережить весь ужас допросов и выйти непобежденными из камеры пыток. Их страдания – результат принятия Евангелия во всей полноте. В этом заключается величие их подвига и раскрылся его смысл. И Господь принял их великую жертву – теперь мы прославляем Николо-Кучугурских протоиереев Александра, Стефана и Филиппа в лике Новомучеников и Исповедников нашей Церкви.

Как Вы думаете, сложилось ли в среде церковного народа Алматы почитание новомучеников Николокучугурских?

- Я не могу сказать, что почитание священномучеников Александра, Стефана и Филиппа сложилось в должной мере. Может, такое положение вещей вызвано тем, что человеку свойственно держаться за привычные ему вещи и больше обращаться к древним, традиционно почитаемым святы, кого Церковь прославила много веков назад. Но формировать традицию – дело для нас посильное.
Мне хотелось бы тоже задать вопрос: почему мы, сегодняшние православные христиане, получившие даром такое счастье – свободно, и открыто принадлежать к Церкви, так мало думаем о том, какой кровью, какими муками, сколькими жертвами это счастье оплачено? Мне думается, что мы непростительно мало знаем о людях, которые непоколебимой верой и силой духа утверждали Православие в самое страшное и в самое тяжелое для нашей страны время. А ведь Николо-Кучугурские святые – наши земляки. Почему же в наших храмах так мало рассказывают людям о подвиге этих святых, хотя мы поминаем их за всенощным бдением, хотя и совершаем их память в установленный день? Но лишь единицы из прихожан, молящихся за этими богослужениями, могут об этих священномучениках что-либо рассказать.
Восстановить народную память, создать и укрепить традицию почитания святых, пострадавших за Христа в нашем отечестве – это большая работа, но это наш долг, исполнить который вполне реально.
Но, все же думаю, что многим прихожанам Алматинских храмов дороги имена Николо-Кучугурских святых. И хотелось бы, чтобы не только в храме на всенощных мы произносили их имена, но и дома, в келейных молитвах изливали к ним свои просьбы. И выражаю надежду, что в скором времени в Казахстане все же будут воздвигнуты новые храмы и освящены престолы в честь протоиереев Алксандра, Стевана и Филиппа, священномучеников Николо-Кучугурских.

Mitropolia.kz

 

Нравится